What if in paradise there are no houris waiting?..
Итак, начинаю выкладывать перевод с немецкого статьи, написанной Ронни, из книги Gothic II. Выкладывать будем по главам по мере готовности перевода. Я знаю, что криво, и косо, и страшно, и иногда нам самим непонятно, но это вообще первый текст такого рода, за перевод которого мы взялись, поэтому прошу извинить, а комментарии, замечания, критику и благодарности непременно оставлять! Переводят сие бесценное творение, превращая его в исключительное безобразие, Innes и juliashka_shu. Мы считаем, что всевозможные ссылки и примечания необходимы для более полного понимания культурного контекста, поэтому здесь будут всякие фотографии по теме, которых не было в оригинальном издании, и все прочее, что мы сочтем уместным.
Enjoy =)

Xymox-Story

Ранние годы


Камни свистят в воздухе, напротив нас стоит шеренга полиции особого назначения с высоко поднятыми защитными щитами. Резкий голос требует через серый рупор от сотен сквоттеров* и сочувствующих, упрямо стоящих посреди улицы, отступления. На заднем плане звучат как саундтрек Einstierzende Neubauten из раскрытых окон одной из тех оккупированных квартир, которым не угрожало принудительное выселение. Скоро мы должны вернуться в старую фабрику, которая обнаружилась рядом с занятыми домами. Фабрика под названием "Sterrenschans"** тоже была занята и стала использоваться как бастион искусства, она - сердце нашей субкультуры...
По счастливому стечению обстоятельств, полицейским не было дозволено вступить на этот участок земли, похожий на осажденную крепость.
Как только мы вернулись в "Sterrenschans", они начали пускать над нашими головами слезоточивый газ. Уже скоро воздух был полон едкого дыма, и большинство из нас вынуждены были спасаться бегством через черный ход, где, естественно, - хорошая стратегия, - нас ждали полицейские. К счастью, не очень много, потому что за фабрикой был поросший деревьями крутой откос, который через 500 метров ограничивался автобаном. Я смылся, быстро перебежав по узкой тропинке назад к занятому дому, в котором я жил, взобрался на балкон, и испугал пару пожилых дам. К счастью, они знали, что происходило снаружи, и были на нашей стороне. Они впустили меня через балконную дверь, ведущую на кухню, и я смог по обычной лестнице подняться назад к себе в квартиру. Из своей квартиры я мог внимательно наблюдать за тем, что происходило дальше.
Я видел, что специальные отряды полиции по-прежнему арестовывали людей, и уже испугался, что они доберутся и до выселения нашей квартиры, но, к счастью, через пару часов был уже вечер, и все снова стало спокойно.
Это было начало 80-х в Неймегене***, осознание провала власти, экономический спад, недоверие правительству, беспрерывные спекуляции на рынке недвижимости, борьба за социальную справедливость и необходимость в предоставлении новых квартир по адекватным ценам - всего этого было предостаточно.





Проходило много демонстраций - но при том и вещей, против которых стоило протестовать, было достаточно: таких, как удавшийся новый законопроект о сокращении длительности обязательного образования и разделении учебы в вузе на две стадии; само собой разумеется, что, когда я был студентом, я не мог не поучаствовать в демонстрации перед Неймегенским университетом. И, естественно, новый закон был-таки принят.
Позже, после моих студенческих лет, длительность обязательного образования была еще больше сокращена до такого нелепого размера, что университет стал похож скорее на обыкновенную фабрику, где кроме того, чтобы учиться, получать и перерабатывать материал, не оставалось места для развития любой другой деятельности. Может быть, с самого начала их целью было полностью загрузить студентов, чтобы у них было меньше времени думать о чем-либо еще, например, о собственных проблемах.
Все эти демонстрации были в определенной степени законны и получали большую поддержку от всех слоев общества. Движение сквоттеров было несколько больше изолированно, но поддерживалось большинством соседей, которые знали, что происходило в окрестности. "Хаос" был очень модным словом, и всегда конечным результатом демонстраций сквоттеров или другой борьбы.
Между тем Немецкая волна распространялась в Нидерландах, возникло новое музыкальное направление - индастриал - пионер нигилизма и цинизма. Einstuerzende Neubauten и, конечно, Joy Division, выпускали музыку для сцены, состоящей из людей, одевающихся в черное: это подходило стилю жизни преимущественно молодых людей, в первую очередь студентов и эскапистов того времени.
Наркотики распространялись постепенно. Старшие студенты обычно курили травку, а студенты-химики готовили очищенные вещества, чтобы достичь максимального эффекта при курении марихуаны, на самом деле, ничего серьезного. Потом в продаже появились амфетамины, дешевые спиды, которые не отпускали тебя весь день. Можно было говорить еще быстрее и еще бредовее, чем обычно, и самому стать частью нормального образа жизни сцены. Неблагоприятным побочным эффектом - помимо обычного ущерба здоровью, было то, что многие сквоттеры стали полными шизиками, многие переходили на тяжелые наркотики и становились торчками. Некоторые из тех, кого я знал в Неймегене, были настолько параноидальны, что не доверяли всем и каждому вокруг себя, они разрушали все движение сквоттеров, там каждый в их глазах был тайным агентом. Сплетни и интриги стали ежедневной рутиной для этих замороченных наркоманов.
Наш внешний вид, искусство, то, во что мы одевались, в основном не принималось. Нам постоянно приходилось выслушивать огромное количество комментариев - чем меньше городок, тем больше комментариев. Мне кажется, многое не изменилось. Когда кто-то выглядит не так, как все, это увеличивает в людях естественное стремление быть конформистами, совсем как в фильме "Вторжение похитителей тел"*, показывая на тебя пальцем и крича гадости вслед.
Амстердам был ГОРОДОМ, где покупались шмотки. Там был дешевый рынок Waterlooplein**, где в маленьких альтернативных ларьках можно было купить в основном одежду сэконд-хэнд. Покупаемая там в большом количестве поношенная униформа скоро стала униформой творческих кругов сквоттеров.



Однако, те, кто хотел купить модные ботинки с длинными узкими носами (Pikes) или просто как-то выделиться, должны были ехать в Лондон на Кингз Роуд, где тусили панки. Позже люди к нам привыкли, находили нас не более странными, чем приверженцев любой другой модной молодежной субкультуры, и смотрели на это скорее как на бунт творческой молодежи.



В более отдаленных уголках страны люди были вовсе не столь понимающими. Однажды мы предприняли небольшую вылазку на один из островов Северной Голландии. Там нас отмутузили местные фермерские сынки, которые не поняли, кто или что мы вообще такое. Для них мы были фриками, от которых, по их мнению, надо избавиться. На счастье, я был знаком с владельцем одного клуба, у которого мы смогли пересидеть до раннего утра. Крестьяне, скорее всего (я думаю), не могли так долго нас подстерегать, так что мы собрали манатки и спозаранку покинули остров.
В то время я изучал социологию, только что приехал из Гааги, где в академии год занимался общественными науками. Но уже скоро меня потянуло обратно в Неймеген и тамошний университет. В свой первый год в Неймегене я снимал жилье в студенческом общежитии. Вскоре мне предложили пожить в занятом сквоттерами доме...
Во всем комплексе Sterrenschans было занято только шесть квартир, так что в экстренной ситуации или в случае опасности мы могли друг на друга положиться. Я купил себе несколько новых прибамбасов для гитары в замену тем, что я потерял во время одного пожара (весь набор, который я собирал с детства) и синтезатор, который за гроши получил от друга. С помощью своего магнитофона я мог записывать музыку и много экспериментировать. Поскольку до того я еще ни разу не работал с синтезатором, я находил это очень увлекательным. Свести записи, добавить звуковые петли как фон для песен - большего в то время никто и не ожидал. Высокие технологии были недоступны, так что надо было быть изобретательным. И все мои эксперименты оправдывали себя, подтверждая это.
Что было хорошо в моей учебе в вузе, так это то, что у меня было много свободного времени - вполне обычно для социологии =) Я смог даже пристроиться помощником в небезызвестный клуб "Doornroosje"***. Снизу там проходили концерты, а на втором этаже было кафе, где тусовались в основном хиппи, покуривали косяки и пили этот их чай. Каждая сколь либо выдающаяся группа играла там, особенно все те, что принадлежали Немецкой волне - такие, как Einstuerzende Neubauten, Sprung aus den Wolken, DAF, Die Krupps, Geisterfahrer и многие другие.



Однажды вечером выступали Einstuerzende Neubauten, и во время концерта крутили фильм об одной демонстрации в Берлине, во время которой один демонстрант выпрыгнул из открытого автобуса и около двадцати метров его волокло под колесами. Многие люди, когда увидели эту сцену, усугубляемую угнетающим звучанием Einstuerzende Neubauten, грохнулись в обморок, и их пришлось вытаскивать на улицу.
Альтернативная сцена распространялась по всей Голландии, так что, конечно, и многие британские группы, которые были основоположниками Goth/Wave направления, приезжали в "Doornroosje". Особенно мне запомнились Bauhaus и The Virgin Prunes, которые меня сильно впечатлили, потому что смотрелись совершенно необыкновенно. The Virgin Prunes обставили свое выступление как настоящий театральный спектакль: это было совершенно безумно, над сценой летало множество предметов. Питер Мерфи из Bauhaus был неподражаем, белый свет освещал его снизу, остальные члены группы были все в флюоресцентной краске, светящейся в темноте.
Каждую неделю выступали разные замечательные группы: Echo and the Bunnymen, The Sound, Dance Society, The Birthday Party (Ник Кейв скакал по сцене как матышка во время их заводного выступления), Siouxie and the Banshees, The Cure (которые играли в цирковом шатре). Позже я видел, как Роберт Смит играл со Сьюкси на гитаре; Theatre of Hate, Eyeless in Gaza, Black Flag, The Comsat Angels, Sisters of Mercy (конечно, в оригинальном составе), U2 и т.д.
Тогда все эти группы были по большей части не известны, но влияли на всех, кому доводилось увидеть их вживую. Goth и Wave стало большим альтернативным движением, идеально отражавшем ту эпоху, в которой мы жили. Многие небезызвестные группы, которые на меня тоже довольно сильно повлияли, были выходцами из Голландии: Mecano из Амстердама, Nasmak из Эйндховена, Coitus Interuptus из Утрехта, Minimal Compact и т.п., и известные команды из Неймегена, как Mechanic Commando и Vice.
И когда я видел все эти божественные группы, мне было ясно, что я тоже должен начать что-то делать. Я хотел делать именно такую музыку, какую они играли. Я хотел стать частью того, что происходило передо мной. Я хотел иметь свою группу, а не возиться в одиночестве ночами с чем-то, что никогда не будет услышано.
Я был не единственный, кто так считал. Каждый на местной сцене хотел бы организовать свою группу, в каждом занятом доме проходили репетиции. У некоторых групп были также и политические мотивы. Музыка была их образом жизни, способом выразить свои взгляды.
Представлялась возможность выступать, почти всегда на старой фабрике, как раз недавно снова занятой. После "захвата" был сразу организован фестиваль, как обычно проходивший под знаком социальных проблем, типа кислотного дождя, о котором что-то слышала едва ли горстка людей, и который не был по-настоящему серьезной проблемой.
________________________________
* Сквоттинг (Squatting) — акт самовольного заселения покинутого или незанятого места или здания лицами (сквоттерами), не являющимися его собственниками или арендаторами, а также не имеющими иных разрешений на его использование. Сквоттинг и сейчас процветает в Европе, и не в последнюю очередь в Голландии - с ними плохо, без них скучно.
Статьи Википедии - рус, eng (куда более содержательная)

** Sterrenschans (нид.) - буквально - звездообразные укрепления. Выглядит это (не фабрика, конечно) вот так:



*** Неймеген (Nijmegen) - городок на востоке Голландии, с более чем двухтысячелетней историей и населением чуть больше 160 тысяч человек. Статья Википедии - тык

* Вторжение похитителей тел (Invasion of the body snatchers) - существует две версии этого фантастического ужастика - 1956 и 1978 года, очевидно, речь идет о последнем варианте, который был сильно популярен в 80-х годах.

** Waterlooplein и по сей день остается интересным и популярным местом, почитать больше и посмотреть фотки можно, например, тут

*** Doornroosje - дословно "шипы роз", так же по-голландски зовут Спящую Красавицу. Клуб здравствует до сих пор и даже изредка проводит готические концерты. www.doornroosje.nl

@темы: Интервью и статьи, Переводы